Извлечения из первой книги 3 глава

Архилох же гласит:

...скупо упиваясь неразбавленным вином

И собственной не внесши толики...

И никто тебя, как друга, к нам на пир не приглашал.

[b] Но желудок твой в бесстыдство вверг для тебя и разум и дух.

У смешного поэта Эвбула кое-где говорится [Kock.II.206]:

У нас на пире двое приглашенных есть

Неодолимых Извлечения из первой книги 3 глава: Филоктет и Филоктет:

Он хоть один, но стоит 2-ух, по-моему,

И здоровых, даже 3-х, более.

В один прекрасный момент, молвят, компаньон звал его

На пир, сказав придти, когда от стрелки тень

Длиною будет в 20 стоп на гномоне. {60}

{60 Гномон — гномоном (от греч. γι-γνω-σκω — «узнавать», «распознавать») назывались солнечные часы, изобретение которых древная традиция время Извлечения из первой книги 3 глава от времени приписывает философам Анаксимандру либо Анаксимену (VI в. до н.э.) — см.: Диоген Лаэртский. II. 1, 3; Плиний. II. 187. Вкупе с тем, по воззрению Геродота, гномон и деление светового денька на 12 частей греки усвоили у вавилонян (II. 109). «Стрелка» гномона представляла собой штырек, стоявший строго вертикально на ровненькой либо сферической поверхности Извлечения из первой книги 3 глава, мраморной либо медной. Время определяли поначалу по длине тени от стрелки, а позже — по ее направлению. См.: Витрувий. I. 6.6; IX. 7.2. В целом см.: PWRE. Bd. VIII, Horologium.}

[c] А он утром измерил, и была она

На с лишком две стопы длинней назначенной.

Явившись на рассвете, извинялся он:

Дескать Извлечения из первой книги 3 глава, запоздал, дела держали срочные.

Ведь кто на званый пир привык опаздывать,

Тот и в бою оставит пост назначенный, -

говорится у комика Амфида [Kock.II.248]. Хрисипп же утверждает:

[d] Бокалом даровым не вздумай брезгать.

Также:

Выпивки не упускай даровой, но всегда домогайся.

Антифан гласит [Kock.II. 117]:

Да это жизнь богов, когда Извлечения из первой книги 3 глава позволено

Нам поживиться, о стоимости не думая.

И в другом месте:

И это жизнь блаженная! Приходится

Мне новый метод всякий раз выдумывать,

Чтобы челюстям задать работу!

Всё это я захватил на пир из дома, заблаговременно позаботившись, чтоб и я пировал, внеся свою долю.

[e] Ведь мы, аэды, только только Извлечения из первой книги 3 глава бездымные

Приносим жертвы. {61}

{61 ...только только бездымные / Приносим жертвы. — т. е. живем за чужой счет (примеч. переводчика).}

[О том,] что старым не было незнакомо принятие еды в одиночку {62} (μονοφαγει̃ν). К примеру, у Антифана говорится [Kock.II. 128]:

{62 ...не было незнакомо принятие еды в одиночку... — Обычай принимать еду в одиночестве у греков вправду существовал, но связан Извлечения из первой книги 3 глава он с традицией 1-го только греческого острова — Эгины, где обитатели после принесения жертв Посейдону в течение 16 дней пировали дома в полном одиночестве и молчании, не допуская к для себя даже рабов. Участников такового пиршества и называли монофагами. Этиологию этого обычая Плутарх разъясняет так: «Многие из эгинцев, пошедших войной Извлечения из первой книги 3 глава на Трою, погибли в схватках, а еще более — в морских бурях. Родственники немногих спасшихся, видя других людей в скорби и печали, решили, что не подобает открыто поздравлять собственных близких с возвращением и приносить богам благодарственные жерт-вы.И вот, таясь, каждый в собственном доме воспринимали они спасенных и устраивали торжественное Извлечения из первой книги 3 глава угощение, за которым сами прислуживали отцам, родичам, братьям и домочадцам, а никого чужого не пускали» («Греческие вопросы, 44 — Кто такие «монофаги» на Эгине?»).

Может быть, для всех других греков, не считая эгинцев, «монофагия» была только дикостью и поводом для насмешек — не случаем слово «монофаг» (от μόνος — «один» и φαγεΐν — «есть Извлечения из первой книги 3 глава») звучит у Амипсия (Коек. 1.677) как ругательство, сочетаясь с всераспространенным выражением «к воронам» (ср. рус. «к чертям»).}

Ты ешь один? одним уж этим мне вредишь!

Также у Амипсия [Kock.I.677]:

Проваливай κ воронам, взломщик-монофаг!

Об стиле жизни гомеровских героев

15. Гомер лицезрел, что скромность есть добродетель, {63} более всех иных подобающая юношам, и что Извлечения из первой книги 3 глава она, подобно организатору хора, гармонически соединяет меж собою все отличные свойства. Он желал привить ее [f] людям с ранешних лет на всю жизнь, чтоб они растрачивали собственный досуг и рвение на добрые дела и были щедры и готовы оказать друг дружке услугу. Потому он всем своим героям приписал Извлечения из первой книги 3 глава умеренность и довольство малым.

{63 Гомер лицезрел, что скромность есть добродетель... — Как произнес Платон: «Гомер воспитал Грецию» («Государство». X. 606е; ср.: «Протагор». 339а). Привычка черпать в гомеровских поэмах уроки практической морали стала складываться, скорее всего, уже тогда, когда греки слушали эпических певцов — поначалу сочинителей-аэдов, позднее исполнителей-рапсодов. Поведение героев, их нравственные принципы Извлечения из первой книги 3 глава служили прототипом и объектом подражания. Вероятнее всего, конкретно такое безмятежное и некритическое отношение к Гомеру вызвало взрыв критики в VI в. до н.э.: Ксенофан Колофонский нападал на гомеровских богов, страдающих всеми человечьими слабостями (DK. 21. В 10-12, 14-16), Гераклит развенчивал авторитет Гомера как философа (DK. 22. А 22, В 40, 42, 56,57, 106), а Извлечения из первой книги 3 глава Пифагор даже типо лицезрел, как наказывают Гомера в королевстве мертвых за лживые измышления о богах (Иероним Родосский, fr. 42 Wehrli). К концу VI в. у Гомера появился заступник — это был Феаген Регийский. Судя по уцелевшим сведениям, он первым использовал (если не изобрел) способ аллегоричного толкования текста. Так, он считал, что битва богов Извлечения из первой книги 3 глава (Ил. XXI-XXII) — это аллегорическое описание борьбы физических частей и т.п. (DK. 8.2, 3).

В V в. до н.э. к Гомеру подходят рационалистически: и Геродот, и Фукидид, и даже поэт Пиндар глядят на гомеровские тексты с позиции здравого смысла, устанавливая, сколько в их правды, а сколько вымысла (см. об этом Извлечения из первой книги 3 глава: The Iliad: A Commentary / Ed. G.S. Kirk. Cambridge, 1996. Vol. 6. P. 27 — 28, также: Гринцер ПЛ.., Гринцер Н.Н. Становление литературной теории в Старой Греции и Индии. М., 2001).

Софисты находили в гомеровских текстах подтекст, утверждая, что Гомер (также Гесиод и Симонид) скрывали подлинную мудрость под покровом поэзии (см.: Платон. «Протагор Извлечения из первой книги 3 глава». 316d-e; «Теэтет». 180с-е). Поиски укрытого в поэтических текстах смысла были не чем другим, как аллегорезой. Совместно с тем софисты прибегали к гомеровским сюжетам и образам как таким, чтоб с помощью их выразить либо подкрепить свои собственные этические тезисы. Так, к примеру, показателен спор о сравнительных плюсах Ахилла Извлечения из первой книги 3 глава и Одиссея, который ведет софист Гиппий с Сократом в диалоге Платона «Гиппий Меньший» (363b). Для самого Сократа, как мы можем судить по Ксенофонту и Платону, Гомер тоже служил источником моральных примеров и образцов. Таким макаром, в IV в. до н.э. Гомер продолжал быть для греков учителем жизни Извлечения из первой книги 3 глава, чему в конце концов и воспротивился Платон в X книжке «Государства».

Аристотель написал целое сочинение под заглавием «Гомеровские проблемы» (fr. 142-179 Rose), где не только лишь обобщил весь предыдущий опыт толкования и критики гомеровских поэм, да и растолковал, что абсолютных моральных оценок поведения гомеровских героев быть не может, что необходимо обязательно учесть Извлечения из первой книги 3 глава, вроде бы мы на данный момент произнесли, историко-культурный контекст (fr. 166 Rose).

В послеаристотелевское время сосуществуют два способа интерпретации Гомера. С одной стороны, остается животрепещущей аллегореза — это любимый способ философов-стоиков; до нас дошло два эталона сочинений такового рода — «Гомеровские проблемы» Гераклита и «О жизни и поэзии Гомера Извлечения из первой книги 3 глава» Плутарха (?) (I в. н.э.). С другой стороны, в сочинении Плутарха «О том, как надо слушать поэтов» мы лицезреем уже знакомый нам способ морально-этического толкования гомеровских поэм. Его и предпочитает Афиней. Более тщательно о традиции толкования Гомера см.: Richardson N. Homer and his ancient critics // The Iliad Извлечения из первой книги 3 глава: A Commentary. Vol. 6. P. 25 sq.}

Поэт считал, что посильнее всего в людях потребность в еде и питье и получаемое от их наслаждение, так что люди, соблюдающие умеренность в еде, умеренны и воздержны также и во всем прочем. И поэтому жизнь ординарную и нетребовательную ведут у него все: царствуй и простолюдины, юноши Извлечения из первой книги 3 глава, старцы [Од.I.138]:

Гладкий позже пододвинула стол; на него положила

Хлеб домовитая ключница...

...на блюдах, подняв их высоко

Мяса различного крайчий принес [Од.I.141], -

мясо было жареное и в большей степени говяжье. Не считая этого даже на (9) праздничках и свадьбах и других трапезах не подается ничего. Даже самим царям не Извлечения из первой книги 3 глава подают у Гомера ни кушаний, запеченных в фиговом листе, ни кандила, {64} ни печенья на меду; они едят только такую еду, от которой становятся здоровее душой и телом. Сам Агамемнон подносит Аяксу после единоборства {65} хребет быка как знатный дар. И Нестора, уже старца, и Феникса [Ил.IХ.215] угощают жареным мясом Извлечения из первой книги 3 глава. Так поэт отвращает и нас от неумеренных желаний. Менелай, справляя женитьбу малышей, {66} подает [b] Телемаху [Од.IV.65]

{64 Кандил — греч. κάνδυλος либо κάνδαυλος, лидийское блюдо.}

{65 ...подносит Аяксу после единоборства... — С Гектором (Ил.VII.200).}

{66 Менелай, справляя женитьбу малышей... — У Гомера Менелай вправду справляет женитьбу собственных деток, когда к нему прибывает Телемах, чтоб Извлечения из первой книги 3 глава расспросить о судьбе собственного отца Одиссея.}

бычатины жареной кус, из почтенной

Своей части его отделивши своею рукой.

И Нестор, когда у моря приносит в жертву Посейдону быков в окружении только самых возлюбленных родных отпрыской, то, хотя и был он царем и много имел подданных, дает веление {67} [Од.III.421]:

{67 ...Нестор... дает веление... — У Извлечения из первой книги 3 глава Гомера Нестор приносит жертву не Посейдону, а Афине.}

В поле один за телицей беги и т.д.

По правде, жертва, принесенная при помощи самых близких и преданных людей, благочестивее и угоднее богам. Даже женихи, уж на что были нахальны и неумеренны в удовольствиях, всё же не ели, как Извлечения из первой книги 3 глава указывает Гомер, ни рыбы, ни птицы, ни пирогов на меду. [c] Поэт изо всех сил избегает с гласить об ухищрениях поварского искусства, о кушаньях, которые, по словам Менандра, "распаляют похоть", {68} о блюде, называемом у многих писателей "горшок для развратников" (как утверждает Хрисипп в сочинении "О благе и удовольствии", его изготовление Извлечения из первой книги 3 глава в особенности хлопотно).

{68 ...о кушаньях, которые, по словам Менандра, «распаляют похоть»... — Kock.II.462. Из комедии «Трофоний». Ср. 132f и 517а.}

16. По рассказу Поэта, Приам упрекает отпрыской {69} за то, что они истребляют скот, вопреки обычаю [Ил.ХХIV.262]:

{69 ...Приам упрекает отпрыской... — У Гомера упрек Приама относится не к истреблению скота как Извлечения из первой книги 3 глава таковому, а к праздности и невоинственности бессчетных Приамовых отпрыской, которые проводят время в утехах, выбирая для собственных пиров самых деликатесных животных — ягнят и козлят (в переводе Н. Гнедича — коз и агнцев). Вопреки обычаю сыновья Приама действуют поэтому, что забивают не чужих ягнят и козлят, что в Извлечения из первой книги 3 глава геройскую эру было совершенно не криминально, но собственных собственных, троянских. Нелестную характеристику Приамовых отпрыской встречаем и в песни III, ст. 106. В целом же у Гомера пиры и пляски противопоставляются сражениям как праздность — деятельности (см., напр., Ил.III.393 и XV.508).}

Эти презренные хищники коз и агнцев народных.

А Филохор докладывает в собственной Извлечения из первой книги 3 глава "Истории" [FHG.I.394], что и в Афинах воспрещалось еще есть никогда не постриженного барана, если в том году приплод [d] овец был недостаточен.

Гомер именует Геллеспонт "богатым рыбой" [Ил.IХ.360], изображает феакийцев хорошими мореплавателями, знает, что на Итаке много гаваней, а у близкорасположенных островов во огромном количестве водится рыба и Извлечения из первой книги 3 глава одичавшая птица. Одним из залогов процветания он считает богатство рыбы в море. И, но, никто у него ни рыбы, ни птицы не ест.

Никому не подают и фруктов, хотя было их много, и поэт с наслаждением о их упоминает {70} и именует "вечно бессмертными" [Од.VII.120]: [е Извлечения из первой книги 3 глава]

{70 ...поэт с. наслаждением о их упоминает... — Гомер упоминает не об обыденных фруктах — у него идет речь о магических садах царя Алкиноя, где плоды поспевали круглый год.}

Груша за грушей, за яблоком яблоко...

и т.д.. И никого мы не увидим у Гомера ни украшенным, ни умащенным миррой, {71} ни курящим Извлечения из первой книги 3 глава благовония. Напротив, его герои чужды всему этому, он выбирает их сначала за их невзыскательность и довольство малым. Даже богам он приписывает ординарную еду: нектар и амбросию. {72} И люди у него, воздавая богам почести, жертвуют только то, что обычно едят сами, и не прибегают ни к ладану, ни к мирре, ни к Извлечения из первой книги 3 глава венкам, [f] чуждаясь схожей роскоши.

{71 Мирра — см. примеч. 95 к кн. II.}

{72 Нектар и амбросия — нектар — это напиток богов, а амбросия — их еда. См.: Од.V.93; «Гимн к Деметре». 49; «Гимн к Аполлону». 10; Платон. «Федр». 247е. О том, что нектар и амбросия дают бессмертие: Пиндар. Ол.I.60; Ил.V.341. О том, что Извлечения из первой книги 3 глава они делают тело неподвластным какому бы то ни было разрушению: Ил.Х1Х.38-39. О том, что они отбивают все дурные запахи: Од.IV.445-446. Эпитет «амбросийный»: Ил.V.369; Од.ХVIII. 191-193; «нектарный» (об одеждах): Ил.III.385; XVIII.25. См. также: Roscher W. Ausfuhrliches Lexikon der griechen und romischen Mythologie. Leipzig Извлечения из первой книги 3 глава, 1884-1937.1.282 (дальше: Roscher).}

Поэт указывает, что и обычный еды герои едят мало: он держит их от пресыщения, как наилучшие докторы [Од.I.150]:

...когда же

Был удовольствован голод их вкусной едой...

Одни, утолив голод, здесь же обращаются к гимнастическим упражнениям.

(10) Диски и копья доставляют им наслаждение, и, забавляясь, они познают то, что позже Извлечения из первой книги 3 глава применят в суровом деле. Другие же внемлют кифаредов, {73} которые напевно и мерно повествуют о подвигах героев.

{73 Одни ... обращаются к гимнастическим упражнениям ... Другие ... внемлют кифаредов... — Той ситуации, которую обрисовывает Афиней, — когда часть гостей предается физическим упражнениям, а другая в это время слушает певцов, — мы у Гомера не встречаем. Вероятнее всего, обыденный Извлечения из первой книги 3 глава порядок развлечений описан царем Алкиноем в VIII песни «Одиссеи»: «Душу свою насладили достаточно мы вкуснообильной // Едой и звуками лиры, подруги пиров сладкогласной; // Время отсюда пойти нам и в мужеских подвигах крепость // Силы собственной оказать, чтобы наш гость, возвратяся, домашним // Мог возвестить, сколь других мы людей превосходим в Извлечения из первой книги 3 глава кулачном // Бое, в борьбе мучительной, в прыганье, в беге проворном» (98 сл.).}

17. Нет потому ничего необычного в том, что воспитанные в таких правилах люди уравновешенны и душой и телом. Доказывая, что умеренность полезна для здоровья, благотворна и доступна всем, Гомер изображает, как наимудрейший Нестор подносит вино раненому в правое плечо врачевателю Махаону Извлечения из первой книги 3 глава {74} в качестве лучшего лекарства от воспаления, - а конкретно [b] прамнийское, известное нам густотой и питательностью (не для обычного "утоления жажды", но ради полного насыщения, ведь когда тот уже испил, Нестор приглашает его продолжить питье: {75} "Друг, сиди у меня и багровым вином укрепляйся"). Более того, для возбуждения жажды Извлечения из первой книги 3 глава Нестор добавляет в вино натертый козий сыр и в прикуску - лук, хотя в другом месте поэмы Гомер утверждает, что вино обессиливает, {76} отнимая крепость и храбрость. Что касается Гектора, {77} то Гекуба, надеясь, что он проведет остаток денька в городке, склоняет его к наслаждению и приглашает совершить возлияние и испить Извлечения из первой книги 3 глава; он, но, отторгает это, собираясь [c] вернуться в битву. И если одна упрямо хвалит вино, то другой, даже тяжело дыша после боя, отрешается; одна призывает испить, совершив возлияние, другой же считает это нечестивым, так как забрызган кровью. Гомер признает полезным умеренное питье вина и утверждает, что хлебать его большенными глотками {78} означает Извлечения из первой книги 3 глава вредить себе. Известны ему также разные пропорции смешения: {79} Ахилл не приказывал бы: "раствори покрепче", {80} если б не было некий другой, ежедневной пропорции. Может быть, поэт и не знал, что вино совсем не сложно улетучивается [из тела] через поры, не будучи смешано с жесткой едой (это отлично [d] знают опытные Извлечения из первой книги 3 глава докторы - когда они вылечивают сердечные недомогания, то для продления воздействия [снадобий] соединяют вино с мучной едой). Нестор, все же, отдал Махаону вино, смешанное с мучицей и сыром, {81} а Одиссей держится полезного соединения вина с хлебом [Ил.ХIХ.167]:

{74 ...наимудрейший Нестор подносит вино раненому в правое плечо ... Махаону... — У Гомера не Извлечения из первой книги 3 глава говорится ни о том, что Нестор предлагает Махаону прамнийское вино в качестве лучшего лекарства от воспаления, ни о том, что он добавляет туда сыр и дает в прикуску лук для возбуждения жажды, — тут Афиней (либо его византийский пересказчик) по собственному обыкновению вольно толкует гомеровский текст. У Гомера Извлечения из первой книги 3 глава наложница Нестора готовит для собственного государя и его раненного гостя кикеон (от греч. κυκάω — «смешивать») — обычный напиток, составлявшийся из вина, меда, сыра и муки. В схолиях отмечается, что этот напиток дают раненому сначала для укрепления сил. В прикуску к кикеону вправду подается лук, но не для возбуждения жажды, напротив, — кикеоном, как Извлечения из первой книги 3 глава сказано у Гомера, герои «утолили палящую жажду» (Ил.ХI.620 сл.). Прамнийское вино — о нем см. 30b.}

{75 ...Нестор приглашает его продолжить питье... — Ил.ХIV.5 — Махаон уже подкрепился кикеоном и утолил жажду (ср. выше, примеч. 62), но это не значит, что выпивка закончена, потому слова Нестора не входят в противоречие с контекстом Извлечения из первой книги 3 глава XI песни.}

{76 ...вино обессиливает... — Об этом гласит Гектор (Ил.VI.265) — см. примеч. 65.}

{77 Что касается Гектора... — Эпизод передан практически точно — правда, у Гомера ничего не говорится о том, что Гекуба, предлагая Гектору совершить возлияние богам и испить вина самому, рассчитывает, что он проведет остаток денька в городке (Ил.VI Извлечения из первой книги 3 глава.258 сл.).}

{78 ...хлебать его большенными глотками... — Од.ХХI.294. В гомеровском выражении χανδόν ε̉λει̃ν — «пить с обширно открытым ртом», т. е. скупо, Афиней подменяет глагол ε̉λει̃ν (букв, «брать») на однокоренной, но более разговорный и обычно употребляемый в комедиях в значении «жадно пить» — ’ε̉λκειν (букв, «тянуть», «тащить»).}

{79 ...разные пропорции смешения... — Греки всегда разбавляли вино водой — пить неразбавленное Извлечения из первой книги 3 глава вино было для их признаком дикости и варварства. О том, в какой пропорции следует соединять вино и воду, подробнейшим образом рассуждают герои «Застольных бесед» Плутарха (кн. III, вопр. 9).}

{80 ...«раствори покрепче»... — Греч, ζωρότερον δέ κέραιε. Эта просьба Ахилла (Ил.IХ.262) смущала критиков и комментаторов Гомера само мало с IV в. до н.э., со времен Извлечения из первой книги 3 глава Зоила. Казалось, что просьба Ахилла приготовить напиток покрепче охарактеризовывает героя плохо. В «Застольных беседах» Плутарха эта фраза становится предметом специальной дискуссии, в какой много внимания уделяется фактически семантике прилагательного ξωρός и производимого от него наречия ζωρότερον. Судя по разноречивости воззрений, уже во времена Плутарха (серед. I в. н.э Извлечения из первой книги 3 глава.) это слово было не полностью прозрачным, но сам Ilnyidpx считает, что не стоит искать для ξωρός какое-то особое значение, так как просьба Ахилла в реальности не кидает тени на героя. О истолковании, предложенном Плутархом, см.: Плутарх. Застольные беседы. Л., 1990 (кн. V, вопр. 4 и примеч. на с. 438-439).}

{81 ...вино, смешанное Извлечения из первой книги 3 глава с мучицей и сыром... — т. е. кикеон; см. выше, примеч. 62.}

Но человек, укрепяся вином и насытяся едой...

Для запивохи же поэт отводит сладкое вино, называя его так в последующем стихе [Од.II.340]:

Куфы из глины с вином долголетним и сладким стояли.

18. Гомер также обрисовывает, как девицы и дамы омывают гостей, {82} ибо он Извлечения из первой книги 3 глава считает, что людей, живущих в великодушной скромности, [e] ничто не может распалять. Обычай этот и впрямь очень старый: ведь и дочери Кокала, как полагалось в те времена, купали {83} прибывшего в Сицилию Миноса [Диодор.IV.76].

{82 ...как девицы и дамы омывают гостей... — У Гомера это делают рабыни: Телемаха и его спутника Извлечения из первой книги 3 глава, прибывших в Спарту к царю Менелаю, «омыла и незапятнанным елеем натерла рабыня» (Од.VI.49). Совместно с тем волшебница Кирка сама омывает Одиссея (Х.357 сл.).}

{83 ...дочери Кокала ... купали... — Кокал — мифологический правитель сицилийцев, у которого находил пристанища спасавшийся от Миноса Дедал. О нем см.: Диодор.IV.77-79. Когда Минос явился на Сицилию Извлечения из первой книги 3 глава, дочери Кокала из любви к Дедалу сварили Миноса живьем. О смерти Миноса Софокл написал трагедию «Камикийцы», а Аристофан — комедию «Кокал» (Kock.I.345-355). Ср.: Гигин. Легенды / Пер. Д.О. Торшилова. СПб., 2000. С. 66-67.}

Обрушиваясь на дебоширство, поэт изображает огромного Киклопа, погубленного по этой причине наимельчайшим существом [Од. ΙΧ.360 сл.]; схожим же образом Извлечения из первой книги 3 глава [губит он] и кентавра Эвритиона [Од.ХХI. 295]; а гостей Кирки, падких на наслаждения, превращает во львов и волков, {84} но [f] выручает Одиссея, повиновавшегося совету Гермеса [Од.Х.277 сл.] и этим избежавшего угрозы. Эльпенор же, предававшийся пьянству и распущенности, {85} разламывает для себя шейку [Од.Х.552]. И Антиной, который хоть и Извлечения из первой книги 3 глава учил Одиссея: "твой разум отуманен медвяным вином" [Од.ХХI.293], но сам не воздерживался от выпивки, гибнет, {86} пронзенный стрелой, так и не оторвавшись от кубка. Гомер также изображает, как эллины отплывают в море опьяненными и потому-то они принимаются бунтовать и гибнут [Ил.III.139]. Ведает он и о том, что Извлечения из первой книги 3 глава Энею, наимудрейшему на советах (11) троянцев, из-за опьяненной болтливости и хвастливых обещаний, {87} данных им за выпивкой, пришлось выдержать напор самого Ахилла и чуть не поплатиться жизнью {88} [Ил.ХХ.84]. И Агамемнон однажды высказывается о для себя [Ил.IХ.119]:

{84 ...гостей Кирки ... превращает во львов и волков... — У Гомера Кирка Извлечения из первой книги 3 глава превращает попавших к ней спутников Одиссея в свиней, а не во львов и волков, и причина этого перевоплощения — не их дебоширство (они успевают только угоститься кикеоном — о нем см. выше, примеч. 62), а киркино зелье. Афиней толкует гомеровский текст иносказательно, усматривая в зелье волшебницы аллегорическое обозначение вина. Львы и Извлечения из первой книги 3 глава волки окружают дом Кирки и ведут себя как домашние, укрощенные киркиным «очарованным питьем» (Од.Х.277 сл.). О том, что это люди, превращенные волшебницей в животных, додумывается только Эврилох, ставший очевидцем перевоплощения собственных товарищей в свиней (там же, 429 сл.). См. также: Аполлодор. Э.7.14.}

{85 Эльпенор же, предававшийся пьянству и распущенности... — У Гомера молодой и Извлечения из первой книги 3 глава неопытный Эльпенор, «крепким вином охмеленный», ушел спать на крышу дома Кирки, а проснувшись, запамятовал, где находится, свалился и сломал позвоночник.}

{86 И Антиной ... гибнет... — Вправду, Антиной гибнет от стрелы Одиссея тогда, когда подносит чашу к губам, — так поэт желает показать, как спокоен и беспечен был Антиной, продолжавший пировать тогда Извлечения из первой книги 3 глава, когда Одиссей уже направил на него собственный лук. Афиней толкует этот эпизод вольно, приводя читателя к мысли, что погибель Антиноя была карой за его склонность к выпивке.}

{87 ...Энею ... из-за опьяненной болтливости и хвастливых обещаний... — В «Илиаде» вправду есть эпизод, где к троянскому герою Энею обращается Аполлон Извлечения из первой книги 3 глава: «Где же опасности твои, Анхизид, предводитель дарданцев? // Либо не ты в Илионе, с царями за чашей пируя, // Гордо угрожал, что с отпрыском Пелеевым станешь на битву?» (Ил.ХХ.80 сл.). Вообщем у Гомера герои и боги нередко напоминают друг дружке о невыполненных смелых обещаниях, но не потом, чтоб упрекнуть в хвастовстве Извлечения из первой книги 3 глава, — для этики геройской эры было еще важнее, чтоб за словами следовали поступки. Так Агамемнон стыдит свое войско: «Там на пирах, поедая рогатых волов неисчетных, // Чаши до дна выпивая, вином через край налитые, // На 100, на двести троян, гласили вы, любой из наших // Станем смело на бой! а сейчас 1-го Извлечения из первой книги 3 глава мы не стоим // Гектора...» (Ил.VIII.230 сл.). Ахилл припоминает своим воякам об их опасностях в адресок противников (Ил.ХVI.200 сл.), а Посейдон обращается к Идоменею: «Где же, о критян советник, куда же девались опасности, // Коими Трои сынам грозили ахейские чада?» (Ил.ХIII.219 сл.). Ср. также: Ил.I.396 сл.; ΧΧΙ.475 сл. Таким Извлечения из первой книги 3 глава макаром, Афиней, толкуя гомеровский текст, переставляет акценты и даже утрирует (в интересах собственной концепции) отдельные детали — ведь обещания, данные за чашей на пиру (т. е. в обыкновенной для гомеровских героев обстановке), не являются проявлением опьяненной болтливости.}

{88 ...и чуть не поплатиться жизнью. — Вправду, поединок с Ахиллом кончился бы для Извлечения из первой книги 3 глава Энея плачевно, если б не вмешательство Посейдона: окутав Ахилла темным облаком, он унес Энея подальше от противника (Ил.ХХ.290 сл.).}

Но как уже погрешил, обуявшего сердца послушав, -

В том виновно вино, иль меня провели сами боги, -

ставя опьянение на одну доску с безумием. (Так приводит эти стихи {89} ученик Исократа Извлечения из первой книги 3 глава Диоскорид.) Ахилл же, браня Агамемнона, гласит [b] [Ил.I.225]:

{89 Так приводит эти стихи... — 2-ая строка в дошедших до нас рукописях «Илиады» отсутствует.}

О винопийца со взглядами пса.

Так гласит этот фессалийский плут - воплощенная "фессалийская хитрость": {90} тут Афиней, должно быть, обыгрывает пословицу.

{90 ...воплощенная «фессалийская хитрость»... — Фессалийской хитростью и фессалийским плутом Афиней называет Извлечения из первой книги 3 глава 1-го из собеседников — Миртила (ср. 308b). Пересказчик Афинея справедливо замечает, что «фессалийская хитрость» — поговорочное выражение: см.: Еврипид. «Финикиянки». 1407; «Суда»: Θεσσαλόν σόφισμα.}

19. [О том,] что из приемов еды у героев Гомера сначала шел завтрак {91} (α̉κράτισμα), который он именует полдником {92} ('άριστον). Один раз о нем упоминается в "Одиссее" [XVI. 1-2]:

{91 ...сначала шел завтрак... — Словом α̉κράτισμα (либо Извлечения из первой книги 3 глава однокоренным α̉κρατισμός) греки обозначали завтрак уже после Гомера — ср.: Аристотель. «История животных». 564 а 20; Этимология, которую Афиней предлагает для этого слова, — самая расхожая и пользующаяся популярностью (ср.: Плутарх. «Застольные беседы». VIII.6.726с), хотя у такого же Плутарха предлагается и другая версия: «...в старину очень ранешняя трапеза числилась предосудительной, и поэтому заглавие ранешнего Извлечения из первой книги 3 глава завтрака разъясняют как происшедшее от слова άκρασία “невоздержность”» (там же, 726b).}

{92 ...который он именует полдником... — Слово άριστον у Гомера вправду употребляется для обозначения завтрака — см.: Ил.XXIV. 124; Од.ХVI.2. В более позже время этим словом стали обозначать уже не утреннюю, а полуденную трапезу — «ланч» (Фукидид. IV.90; VII.81; Геродот. III Извлечения из первой книги 3 глава.26; VI.78; Аристотель. «История животных». 619а 15; ср. также систематизацию Филемона, приведенную ниже).}

...Одиссей с свинопасом божественным рано

Встав и огнь разложив, приготовили полдник.

И один раз в "Илиаде" [XXIV. 124]: [с]

Окрест его суетились друзья и готовили полдник.

Утреннюю трапезу он также именует эмброма {93} ('έμβρωμα), меж тем как мы называем ее завтраком ("акратисмон", α̉κρατισμόν), потому что Извлечения из первой книги 3 глава за ней едим только кусочки хлеба, смоченные в несмешанном ('άκρατος) вине. Так об этом гласит, к примеру, Антифан [Kock.II.126], уоторый после стиха

{93 Утреннюю трапезу он также именует эмброма... — Слово ’ε̉μβρωμα (от βι-βρώ-σκω — «есть, поедать») у Гомера вообщем не употребляется.}

Пока готовит повар полдник ('άριστον),

продолжает:

Как насчет позавтракать (α̉κρατίξω) со мной?

Также и Извлечения из первой книги 3 глава Кантар [Kock.I.766]:

- Мы тут не будем завтракать (α̉κρατίξω)?


j-den-odinnadcatoj-luni.html
j-etap-analiz-i-ocenka-vliyaniya-vnutrennej-i-vneshnej-sred.html
j-etap-kubka-rossii-2014-goda-po-parusnomu-sportu.html